Мы продолжаем серию эксклюзивных интервью с представителями профессионального сообщества по работе с людьми, оказавшимися в трудной жизненной ситуации. Сегодня мы общаемся с Аланией Александровной Журкиной.
Алания Журкина – профессиональный врач. С 2017 года она является руководителем автономной некоммерческой благотворительной организации центра медико-социальной помощи «Дом друзей». Эта благотворительная организация оказывает помощь взрослым людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию: бездомным, тяжелобольным, пожилым, малоимущим и нуждающимся в сопровождаемом уходе. В интервью информационному агентству "МилосердиеМедиа" Алания Александровна рассказала, как и почему она помогает людям, оказавшимся в ситуации бездомности.
Беседовал Дмитрий Кирюхин
- Здравствуйте. Расскажите, пожалуйста, поподробнее об организации, которой Вы руководите.
- Наш центр занимается тем, что возвращает человека, попавшего в бездомность, в социум. А это возможно только благодаря комплексному подходу, который мы используем в своей работе.
Когда мы видим неприглядного человека на улице, то думаем, что ему нужна еда, одежда и работа. И всё - дальше он справится. На самом деле, между уличным образом жизни и самостоятельной самодостаточной жизнью лежит пропасть. И самостоятельно мало кому удается ее преодолеть. Мы как раз и помогаем перебраться с берега иждивенчества и выученной беспомощности на сторону ответственности за свою жизнь.
Все проекты выстроены в той последовательности, которая позволяет человеку получить именно тот объем помощи, который ему необходим.
1.Работа на улице медицинской бригады позволяет человеку получить консультацию, маршрутизацию и первичную помощь, получить приглашение в стационарный здравпункт.
Работа медиков в стационарном медицинском пункте (проект «Здравпункт») даёт уже больше возможностей: получить направление на флюорографию, оплату госпошлины на получение паспорта взамен утраченного, получить гигиенические принадлежности, белье, пройти более тщательный медицинский осмотр, получить жизненно необходимые препараты, сделать тесты на инфекции.
Здесь же проходит собеседование с потенциальными участниками следующего проекта – адаптационно-реабилитационного центра «Убежище».
2.«Убежище» рассчитано на 30 мест. И это уже полноценная физическая и психологическая реабилитация.
С участниками программы работают высококвалифицированные специалисты по социальной работе, реабилитолог, психотерапевт, травматолог, юристы. Даже есть стоматологический кабинет. Это объемная программа помощи, которая настраивается индивидуально под каждого человека.
Людей мы не «прячем». У нас свободный выход, всех подопечных прикрепляем к поликлинике, сотрудничаем с участковым полиции и отделом по миграционной политике, государственными учреждениями и благотворительными организациями.
Трудоустройство на постоянное место работы, получение пенсии по инвалидности или возрасту, путевки в социальное учреждение или помощь в возвращении домой к семье - это тот финал нашей работы с подопечными, к которому мы стремимся. И довольно успешно этого добиваемся.
3.После успешного похождения программ нашего центра, выпускники могут переселиться на одну из квартир, арендованных для постпрограммного сопровождения.
С этого момента начинается личная ответственность за оплату квартиры и своего проживания. Мы никого не бросаем - если становится сложно, то приходим на помощь. Любой выпускник может обращаться к специалистам центра и пользоваться нашими услугами.
Мы даем второй, и третий, и десятый шанс человеку, потому что понимаем, как трудно даются изменения в жизни, ломается ставший привычным иждивенческий тип поведения. Люди в бездомности отвыкают от обязанностей, потому и процесс ресоциализации идет очень сложно. Сопротивление изменениям снова гонит некоторых на улицу, но, поскитавшись, они снова приходят и начинают всё с начала.
- Традиционный вопрос. Почему в своей деятельности вы выбрали именно помощь бездомным и людям в тяжёлой жизненной ситуации? Может, были какие-то прецеденты или случай, после чего вы это решили?
- Мне всегда был интересен человек, его путь, его судьба. И ни одна профессия не дает возможность рассматривать человека как систему: не как набор органов или психотип, а всего сразу - целиком. Такая возможность есть у меня и у моих коллег из благотворительного сектора.
Что касается бездомных людей - это очень обширная категория. Это и брошенные родственниками старики, не приспособленные к жизни выпускники детских домов, пережившие насилие и рабство, просто растерявшиеся от жизненных обстоятельств люди… это слишком разные люди, не вписывающиеся ни в одну матрицу. И каждый человек - это новый вызов.
Я верю в каждого человека. Я знаю, что многих можно вернуть в социум и сделать полезным для общества. Просто надо грамотно помочь. Не жить за него, не втискивать в свои представления, а найти то самое достоинство, которое поможет «упавшему» снова подняться.
- Сколько человек удалось вернуть в общество за всё время? (примерно). Сколько в среднем человек в год обращаются за помощью? Есть ли те, кто приходит по нескольку раз?
- Статистика возможна только, когда видишь конечный результат, и потому, могу дать только данные по «Убежищу». Благодаря этому пункту, 40% наших подопечных выходят в самостоятельную жизнь. Да, бывают откаты, сложный процесс, но мы всегда готовы поддержать, снова взять к себе, проработать сложные моменты и удержать человека от бездомности. За год через проекты Дома друзей проходит порядка 15 тысяч человек.
- Расскажите о подходах, реализуемых Вами в Вашем НКО? Какими методами ресоциализируете человека?
Мы начинаем всё с самого простого: распорядок дня, участие в мероприятиях, дежурства по кухне, прачечной и уборке помещений.
Сразу же помогаем восстановить документы, прикрепляем к поликлинике, регистрируем в личном кабинете на «Госуслугах» и далее уже подключаем остальных специалистов.
Прийти с улицы, переодеться, помыть руки, почистить зубы, принять душ, спать в одежде для сна, а не во всем что надето, знать всех соседей по имени-отчеству… это кажется программа детского сада. Но все начинается именно с этих простых действий.
- На круглом столе в Госдуме Вы заострили внимание на ряде проблем, с которыми сталкиваются НКО. Расскажите поподробнее с конкретными примерами из вашей практики.
- Я регулярно говорю о том, что нашим гражданам - всем! – не доступны наркологическая, психиатрическая, венерологическая и паллиативной помощь. Это всё человек может получить по месту постоянной регистрации. А должен - по месту обращения. Особенно это касается наркологической помощи.
Вот пример.
Наш партнёр, берущий на работу наших выпускников с довольно серьезной инвалидностью, обратился за помощью. Его очень продуктивный 35-летний сотрудник ушел в длительный запой. Работодатель не хочет терять ценного сотрудника, готов его лечить. Но вот проблема – у человека постоянная регистрация в маленьком поселке Иркутской области. И на голубом глазу ЛПУ отсылают по месту постоянной регистрации человека, который нуждается в срочной помощи и сам о ней просит.
Наш партнёр, берущий на работу наших выпускников с довольно серьезной инвалидностью, обратился за помощью. Его очень продуктивный 35-летний сотрудник ушел в длительный запой. Работодатель не хочет терять ценного сотрудника, готов его лечить. Но вот проблема – у человека постоянная регистрация в маленьком поселке Иркутской области. И на голубом глазу ЛПУ отсылают по месту постоянной регистрации человека, который нуждается в срочной помощи и сам о ней просит.
Другой пример.
Пришел в «Здравпункт» молодой мужчина с панической атакой на фоне длительного приема алкоголя. «Скорая» не забирает, регистрации в паспорте нет, так как жилья вообще нет. ЛПУ не принимает без регистрации в Москве.
Пришел в «Здравпункт» молодой мужчина с панической атакой на фоне длительного приема алкоголя. «Скорая» не забирает, регистрации в паспорте нет, так как жилья вообще нет. ЛПУ не принимает без регистрации в Москве.
Таких примеров масса. Мы готовы рассуждать на тему покупки алкоголя по биометрии. И теряем немыслимое количество людей из-за невозможности получить качественную наркологическую помощь - не «прокапаться» 3 дня, а с подключением медикаментов и последующей реабилитацией только при наличии желания и российского гражданства.
- Возможно ли по-вашему полностью решить проблему бездомности в Москве? И, если да, то как? Можно ли всех бездомных сделать «домашними»?
- Бездомные всегда будут. 10% - это «невозвратные»: в силу психических особенностей, длительного маргинального образа жизни. Просто их, как раз, виднее всех. Это они: пьяные, грязные, избитые, осипшие у остановок и вокзалов.И какая-то часть все равно будет на улице.
Сделать «домашними» - в смысле, дать им жильё? Бессмысленно. Не только наличие своего жилья делает нас людьми. Человек - сложная система, одновременно сильная, но и очень хрупкая. Вера в Бога, в себя, в Родину, в мироздание - это то, что наполняет жизнь смыслами. И эти смыслы уводят человека с улицы. Не наличие квартиры, а наличие поддержки и веры.
- Как, по-Вашему, поступить с человеком с улицы, который сам не хочет возвращаться в общество? Кому комфортно быть бездомным?
- А кто я такая чтобы заставить насильно человека уйти с улицы?! Я не имею права решать за него, но имею возможность убедить, дать попробовать вернуться в чистые простыни и безопасную среду. Иногда это удаётся даже с самыми стойкими бродягами. Мягкая сила, качественная помощь - это единственные инструменты, доступные мне. И я ими пользуюсь максимально.
- Что нужно, по-вашему, поменять в законодательстве для более эффективного результата работы организаций как ваша?
- Государству надо научиться доверять нам (некоммерческим и благотворительным организациям – прим. авт.). Мы не конкуренты - мы партнеры. Вернее, мы готовы ими быть. Хронические болезни требуют длительного лечения. Бездомность - одна из таких болезней. И НКО, конечно, необходимы ресурсы: помещения под деятельность в доверительное управление, общие программы по переобучению и трудоустройству. И, конечно, нужно привлекать НКО для разработки законодательных актов. Ведь кто, как не мы, знаем ситуацию с разных сторон и можем сказать, что будет работать, а что очень вредно.
- Какова роль духовной составляющей при работе с этой трудной категорией граждан? По-Вашему, способен ли бездомный реинтегрироваться в общество, получив жильё и работу, но не переосмысливая свою жизнь с духовной точки зрения?
- Любой человек, попавший в беду - пустой сосуд. Переосмысление жизни требует большой внутренней работы. И оно не случается «вдруг». Многие приходят, прикрываясь верой. Им так удобно было на улице, когда собирали милостыню. Но это никакого отношения к вере не имеет. Для того, чтобы человек подумал не о том, как ему половчее какие-то подаяния или сочувствие для себя получить, а задумался о том, что он может датьдругому - мы и работаем.
Вера нам всегда помощь. Но не всегда нуждающийся находит свой путь, своего наставника. Конечно, такой человек может интегрироваться, жить и трудиться. Но обычно, этого хватает ненадолго.
Фото из личного архива Алании Журкиной и официального сообщества "Дом друзей" ВКонтакте
