Рабочие дома - закрыть нельзя оставить

Когда большинство людей слышит словосочетание "рабочий (работный) дом", то понимает, о чём речь, хотя словарного определения этому явлению до сих пор не существует. Простыми словами это дома, в которых за кров и питание проживают трудоспособные люди (чаще - бездомные), работают на несложных неквалифицированных работах, отдавая часть зарплаты руководителю (он же и работодатель).

В обществе отношение к рабочим домам неоднозначное. Одни считают это "злом" и ущемлением прав человека, другие - теневым бизнесом, а третьи видят в них в основном положительные моменты. С повестки дня не уходят рассказы о рабском труде и жестоком обращении с подопечными. В то же время интернет заполняют положительные отзывы "постояльцев", которые рассказывают о рабочих домах с благодарностью и уважением.

О положительных и отрицательных сторонах работных домов мы побеседовали с руководителем Межрегиональной общественной организации социальной адаптации лиц без определённого места жительства "Дом трудолюбия "Ной" Емилианом Сосинским.

- В начале 2000-х годов бездомными людьми (БОМЖами, БИЧами – как их только не назови) занимались только организации двух видов: очень маленькое количество государственных приёмников-распределителей, где давали пожить определённое время, и так называемые «ребцентра». Они расшифровываются как «реабилитационные центры», но те из них, которые занимались именно бездомными, они не были реабилитационными. Это была единая сеть на Россию – «Преображение России», где, по сути, использовали бесплатный труд этих бездомных. Однако, на мой взгляд, там было два очень важных момента: хоть за труд и не платили, занятость была практически постоянная, и там запрещали не только пить, но и курить. Это действительно важные составляющие для того, чтобы бездомный перестал пить. Так как 90% людей без определённого места жительства это алкоголики в последней стадии, то главное им создать трезвое окружение и постоянную занятость. Но туда бездомные шли неохотно, так как работать надо было много, питание было «так себе», хотя условия проживания были достаточно серьёзные – это были арендованные коттеджи – около 400 по всей стране. Там людям ничего не платили и относились достаточно жёстко – добровольно туда шли не многие и, в основном, только на зиму, потому что альтернативы практически не было.

В 2011 году при Храме Косьмы и Дамиана в Шубине открылся «Дом трудолюбия «Ной», и это была на тот момент, насколько я знаю, первая организация по всей России, где бездомным, кроме проживания с питанием и работой, предложили ещё и зарплату за эту работу. А уже через полгода один из руководителей «Ноя» отделился от организации, сказал, что благотворительностью и «социалкой» заниматься не будет, и открыл свой коммерческий рабочий дом. Можно сказать, что в июле 2012 года образовался первый, в чистом виде такой, рабочий дом, которые потом наводнили всю Россию. На тот момент, если верить МВД, на улицах Московского региона было около 40 000 бездомных, и рабочие дома стали массово открываться, и там практически везде за работу платили деньги. Оказалось, что 90% бездомных стали готовы уйти с улицы с условием, что будут получать зарплату. Таким образом, этих рабочих домов только в Московском регионе стало, наверное, несколько сотен – точного количества не знает никто. И несколько десятков тысяч бездомных туда действительно ушли. На улицах их осталось очень мало. Я в 2014 г. считал по кормлениям (каждое кормление отчитывается о количестве посетивших его), учитывая, что ещё некоторые бездомные ходят с одного кормления на другое, и получилось, что в Москве на улицах осталось не более 1000 лиц БОМЖ, которые захотели жить так добровольно. Сложилась ситуация, при которой исчезла необходимость открывать следующие рабочие дома, потому что работоспособных бездомных на улице не осталось. И вот тогда МРОО «Дом трудолюбия «Ной» стала открывать уже только социальные дома, потому что мы благотворительная организация, которая даёт возможность всем людям, которые не хотят быть БОМЖами, с улицы уйти. С тех пор прирост у нас идёт только за счёт стариков, инвалидов, женщин и детей. В 2014 году наш рабочий состав составлял чуть более 300 человек, и сейчас в 2025 году у нас примерно так и осталось – 300 с лишним человек рабочего состава. Увеличивается только количество инвалидов. У нас был всплеск численности рабочих, когда их стало в наших домах около 400 человек, но потом порядка 100 из них ушли на СВО, и снова осталось примерно 300. А всего в организации, по состоянию на ноябрь 2025, находится 1134 человека.

Сейчас в обществе пытаются раскачать тему, что рабочие дома – это вред, это ужас, это надо закрывать. Так вот, на мой взгляд, от рабочих домов вреда бездомным гораздо меньше, чем от различных уличных сервисов, оказывающих разовые услуги, затраты на которые этим НКО потом компенсируют. Там главное накормить, одеть, дать переночевать, иногда восстановить документы, а на то, что это ведёт к тому, что бомжи остаются бомжами и даже не задумываются о смене образа жизни, на это «оказателям услуг» по большому счёту наплевать, потому что они зарабатывают деньги на этом самом оказании услуг. Поэтому, что там – в рабочих домах – на бездомных зарабатывают, что здесь зарабатывают. По крайней мере, с точки зрения и духовной, и телесной, бездомным в рабочих домах намного лучше, чем бомжам на улице.

- Я могу говорить только про Москву, но, думаю, то же самое будет по всей России, а именно – всё вернётся к началу 2000-х годов. Эти десятки тысяч людей опять окажутся на улице, опять будут завалены все привокзальные площади, подъезды, дворы, транспорт – опять настанет тот «бомжеапокалипсис», который был у нас до момента появления рабочих домов. Это реально вернётся и это будет во много, во много раз хуже того, что есть сейчас.

- Что касается официального трудоустройства для бездомных – это тоже очень красивая сказка, которую любят рассказывать те самые «оказатели услуг». Мол, рабочие дома вредят тем, что нигде официально не устраивают, люди никакого «соцпакета» не получают, никакая пенсия им не идёт… Почему это сказка? Потому что, как я уже говорил, 90% уличных бездомных – это алко- и наркозависимые, причём в последней стадии. Потому что, чтобы стать не просто алкоголиком, а ещё и бездомным алкоголиком, надо, кроме работы, отношений с друзьями и родственниками, пропить ещё и возможность проживания в жилье. Это стадия действительно последняя, в которой алкоголик самостоятельно работать не может – ему надо обязательно обеспечить трезвое окружение. Живя на улице, живя в хостеле, живя где-то в бытовке на стройке, где не запрещено спиртное, бездомный работать не сможет. Он будет уходить в запои.

Могу сказать, что я лично разговаривал с последним директором тогда ещё ЦСА «Люблино», где около полугода работала программа по официальному трудоустройству подопечных. Так вот, программу эту закрыли ввиду 100%-ной неэффективности – были уволены абсолютно все, кого они устроили на работу. За пьянство, естественно. Единственный возможный вариант, когда бездомный алкоголик будет работать, это когда он и живёт, и трудится в какой-то организации, где категорически запрещено спиртное. Это показывает и наш опыт, и опыт ЦСА (у них трудоустроенные не пьют, если у них же и работают). Это действительно реальный вариант – когда подопечные и живут «общиной», и работают тоже как-то общинно – в трезвом окружении и с постоянной занятостью. В рабочих домах такое в определённой степени есть. И, если бы государство сейчас не кинулось закрывать их, а стало легализовывать этот бизнес, то от этого, я считаю, будет сплошная польза как для самих бездомных, так и для обычных граждан, которые будут ограждены от встречи с уличными бомжами (ведь это не только неприятно, но зачастую и опасно). Ведь можно сделать так, чтоб жители рабочих домов действительно были трудоустроены. Но не индивидуально, а только общинно. То есть, рабочий дом получает заказ на какую-то работу. Внутри все официально трудоустроены, кто-то следит, чтоб все получали свои деньги, чтоб отчислялись налоги, чтоб хозяин получал свою официальную прибыль. Понятно, что хозяева коммерческих рабочих домов против этого, потому что сейчас они получают сверхприбыль… Да, если так сделать, то подобных домов будет меньше, но зато будет всё официально.

- Сейчас в среднем на руки у разнорабочих выходит около 10 000 рублей в неделю. Это с учётом того, что половину они отдают на содержание себя и стариков, инвалидов, женщин и детей в социальных домах. У нас сейчас 15 рабочих и 12 социальных домов. Если подсчитать по количеству людей, которое я упоминал выше, то получается, что в среднем один рабочий содержит себя и ещё троих «социальных» подопечных.

- Если говорить о рабочем составе, то это около 250-300 рублей в сутки (с учётом аренды помещения, коммунальных платежей, трёхразового питания). Инвалиды, особенно маломобильные, обходятся примерно в 11 000 в месяц. Но это с учётом того, что социальным домам помогают благотворители (где-то мы не платим аренду, где-то даже коммуналку, где-то привозят вещи, продукты, дрова).